Итальянский кризис 1523 года: Смерть Адриана VI, война в Ломбардии и оборона Модены
1523 год стал годом политической турбулентности и военного затишья, нарушаемого локальными конфликтами. После разгрома французов при Бикокке Италия оказалась под властью имперской партии, но эта власть держалась на постоянном выколачивании денег из итальянских государств на содержание армии. Смерть папы Адриана VI, чуждого и непопулярного в Италии, вновь погрузила церковное государство в хаос междуцарствия, которым попытались воспользоваться все недовольные: герцог Феррарский, французские агенты и местные синьоры. В то же время в Ломбардии назревало новое французское наступление под командованием адмирала Бонниве, которое, однако, оказалось парализовано нерешительностью, действиями венецианцев и искусной обороной Просперо Колонны. Кульминацией этого периода стала героическая оборона Модены, организованная Франческо Гвиччардини, и бесславное отступление французской армии.
Часть 1: Имперское бремя и смена власти в Риме
После победы при Бикокке имперские капиталы оказались перед знакомой проблемой: армию нужно было содержать, а денег не было. Чтобы сохранить контроль над Ломбардией, испанские командиры во главе с вице-королем Ланнуа ввели принудительную контрибуцию на итальянские государства: Милан, Флоренция, Генуя, Сиена и Лукка должны были ежемесячно выплачивать десятки тысяч дукатов. Это вызывало недовольство, но страх перед армией заставлял подчиняться.
Тем временем в Риме папа Адриан VI, "варвар из Фландрии", пытался проводить самостоятельную политику, стремясь к миру и пытаясь вернуть Римини под власть Церкви. Однако его правление было недолгим и оставило по себе бледную память. 14 сентября 1523 года он скончался, и Рим вздохнул с облегчением, предвкушая избрание итальянца. Смерть папы немедленно дестабилизировала ситуацию: кардиналы погрузились в распри, а соседние государи активизировали свои притязания.
Одновременно с этим имперская дипломатия добилась важного успеха: после долгих колебаний и блестящих речей в сенате (особенно выделяется речь Джорджо Корнаро, доказывавшего выгоду союза с империей для сохранения баланса сил) Венецианская республика подписала вечный мир с Карлом V и его братом эрцгерцогом Фердинандом. Венеция выходила из игры, оставляя Францию без главного итальянского союзника.
Часть 2: Заговор Бурбона и французское вторжение
Несмотря на дипломатические неудачи, французский король Франциск I не оставил надежд вернуть Милан. Он готовил огромную армию для личного похода, но грандиозные планы были сорваны изменой самого могущественного вельможи Франции — коннетабля Карла Бурбона. Обиженный на короля и королеву-мать, Бурбон вступил в тайный союз с Карлом V и Генрихом VIII, планируя поднять мятеж в тылу, как только Франциск уйдет за Альпы. Заговор был раскрыт, Бурбон бежал, но Франциск, опасаясь оставлять страну, отправил в Италию лишь часть сил под командованием адмирала Бонниве.
Французская армия, тем не менее, была внушительной. Она быстро перешла Альпы и, воспользовавшись беспечностью Просперо Колонны, который не верил в возможность вторжения в этом году, форсировала Тичино и захватила Новару и Виджевано. Просперо, застигнутый врасплох и больной, был вынужден спешно отступать к Милану. Однако французы, вместо того чтобы немедленно атаковать плохо укрепленный город, простояли три дня на берегу реки, дав противнику время на подготовку. Когда же они подошли к Милану, штурмовать его было уже поздно: город был полон войск, а жители, ненавидевшие французов, готовы были защищаться. Бонниве перешел к осаде и блокаде, надеясь взять город измором.
Часть 3: Война на периферии: героическая оборона Модены
Смерть Адриана VI развязала руки герцогу Феррарскому Альфонсо д'Эсте. Не дождавшись обещанного возвращения Модены и Реджо мирным путем, он решил захватить их силой, объединившись с Ренцо да Чери. Угроза нависла над папскими владениями в Эмилии.
Губернатор Модены Франческо Гвиччардини оказался в критической ситуации. В его распоряжении были лишь силы графа Гвидо Рангони и отряд испанской пехоты, нанятой герцогом Сессой, но денег на их содержание не было, а кардинальская коллегия в Риме бездействовала. Когда герцог Феррарский подошел к Модене, Гвиччардини созвал городских нотаблей и произнес речь, убедив их, что сдача герцогу д'Эсте будет для них худшим исходом, чем временные финансовые затраты. Жители, движимые страхом перед феррарским правлением, собрали за один день пять тысяч дукатов, которые пошли на выплату жалования испанцам. Город был спасен от штурма.
Герцог Феррарский, не рискнув атаковать хорошо защищенную Модену, повернул к Реджо, который сдался ему без боя, а затем хитростью или предательством захватил крепость Рубьера. Однако его главная цель — Модена — осталась неприступной благодаря решительности Гвиччардини. Более того, Гвиччардини удалось перехватить письма, раскрывающие тайный сговор Просперо Колонны с герцогом Феррарским о передаче Модены в обмен на деньги. Эта информация, переданная в Рим, сорвала планы Просперо и заставила герцога Сессы подтвердить приказ испанцам оставаться в городе.
Часть 4: Патовая ситуация в Ломбардии и отступление французов
Кампания Бонниве в Ломбардии зашла в тупик. Осада Милана не удалась: город был полон припасов и защитников, а французы страдали от холода, дождей и нехватки продовольствия. Мелкие стычки неизменно заканчивались в пользу имперцев. Особенно отличился Джованни делле Банде Нере, устроивший успешную засаду на французский отряд. Попытка подкупа и измены (дело Моргайте) была раскрыта.
В то время как армии стояли друг против друга, Бонниве предпринял последнюю попытку договориться о перемирии, но имперцы, чувствуя свою силу, отказались. Наконец, осознав бесперспективность осады и под давлением ропщущих швейцарцев, адмирал отдал приказ об отступлении. Когда французы начали отходить, имперские капитаны умоляли Просперо Колонну дать сигнал к атаке и окончательному разгрому врага. Но старый полководец, верный своему правилу "не искушать судьбу", отказался, заявив, что победа уже одержана без кровопролития, и нечего рисковать ради сомнительной славы. Французы беспрепятственно отошли за Тичино, сохранив армию, но потеряв возможность вернуть Ломбардию.
Эпилог
Кампания 1523 года завершилась без решительного результата. Французы не смогли взять Милан, но и имперцы не сумели их уничтожить. Однако политический расклад изменился не в пользу Франции: Венеция окончательно перешла в лагерь Карла V, а смерть Адриана VI открывала путь к папскому престолу для кардинала Медичи, убежденного сторонника империи. Война в Италии вступала в новую фазу, где главным полем битвы должны были стать не только крепости, но и залы конклавов.
Часть 1: Имперское бремя и смена власти в Риме
После победы при Бикокке имперские капиталы оказались перед знакомой проблемой: армию нужно было содержать, а денег не было. Чтобы сохранить контроль над Ломбардией, испанские командиры во главе с вице-королем Ланнуа ввели принудительную контрибуцию на итальянские государства: Милан, Флоренция, Генуя, Сиена и Лукка должны были ежемесячно выплачивать десятки тысяч дукатов. Это вызывало недовольство, но страх перед армией заставлял подчиняться.
Тем временем в Риме папа Адриан VI, "варвар из Фландрии", пытался проводить самостоятельную политику, стремясь к миру и пытаясь вернуть Римини под власть Церкви. Однако его правление было недолгим и оставило по себе бледную память. 14 сентября 1523 года он скончался, и Рим вздохнул с облегчением, предвкушая избрание итальянца. Смерть папы немедленно дестабилизировала ситуацию: кардиналы погрузились в распри, а соседние государи активизировали свои притязания.
Одновременно с этим имперская дипломатия добилась важного успеха: после долгих колебаний и блестящих речей в сенате (особенно выделяется речь Джорджо Корнаро, доказывавшего выгоду союза с империей для сохранения баланса сил) Венецианская республика подписала вечный мир с Карлом V и его братом эрцгерцогом Фердинандом. Венеция выходила из игры, оставляя Францию без главного итальянского союзника.
Часть 2: Заговор Бурбона и французское вторжение
Несмотря на дипломатические неудачи, французский король Франциск I не оставил надежд вернуть Милан. Он готовил огромную армию для личного похода, но грандиозные планы были сорваны изменой самого могущественного вельможи Франции — коннетабля Карла Бурбона. Обиженный на короля и королеву-мать, Бурбон вступил в тайный союз с Карлом V и Генрихом VIII, планируя поднять мятеж в тылу, как только Франциск уйдет за Альпы. Заговор был раскрыт, Бурбон бежал, но Франциск, опасаясь оставлять страну, отправил в Италию лишь часть сил под командованием адмирала Бонниве.
Французская армия, тем не менее, была внушительной. Она быстро перешла Альпы и, воспользовавшись беспечностью Просперо Колонны, который не верил в возможность вторжения в этом году, форсировала Тичино и захватила Новару и Виджевано. Просперо, застигнутый врасплох и больной, был вынужден спешно отступать к Милану. Однако французы, вместо того чтобы немедленно атаковать плохо укрепленный город, простояли три дня на берегу реки, дав противнику время на подготовку. Когда же они подошли к Милану, штурмовать его было уже поздно: город был полон войск, а жители, ненавидевшие французов, готовы были защищаться. Бонниве перешел к осаде и блокаде, надеясь взять город измором.
Часть 3: Война на периферии: героическая оборона Модены
Смерть Адриана VI развязала руки герцогу Феррарскому Альфонсо д'Эсте. Не дождавшись обещанного возвращения Модены и Реджо мирным путем, он решил захватить их силой, объединившись с Ренцо да Чери. Угроза нависла над папскими владениями в Эмилии.
Губернатор Модены Франческо Гвиччардини оказался в критической ситуации. В его распоряжении были лишь силы графа Гвидо Рангони и отряд испанской пехоты, нанятой герцогом Сессой, но денег на их содержание не было, а кардинальская коллегия в Риме бездействовала. Когда герцог Феррарский подошел к Модене, Гвиччардини созвал городских нотаблей и произнес речь, убедив их, что сдача герцогу д'Эсте будет для них худшим исходом, чем временные финансовые затраты. Жители, движимые страхом перед феррарским правлением, собрали за один день пять тысяч дукатов, которые пошли на выплату жалования испанцам. Город был спасен от штурма.
Герцог Феррарский, не рискнув атаковать хорошо защищенную Модену, повернул к Реджо, который сдался ему без боя, а затем хитростью или предательством захватил крепость Рубьера. Однако его главная цель — Модена — осталась неприступной благодаря решительности Гвиччардини. Более того, Гвиччардини удалось перехватить письма, раскрывающие тайный сговор Просперо Колонны с герцогом Феррарским о передаче Модены в обмен на деньги. Эта информация, переданная в Рим, сорвала планы Просперо и заставила герцога Сессы подтвердить приказ испанцам оставаться в городе.
Часть 4: Патовая ситуация в Ломбардии и отступление французов
Кампания Бонниве в Ломбардии зашла в тупик. Осада Милана не удалась: город был полон припасов и защитников, а французы страдали от холода, дождей и нехватки продовольствия. Мелкие стычки неизменно заканчивались в пользу имперцев. Особенно отличился Джованни делле Банде Нере, устроивший успешную засаду на французский отряд. Попытка подкупа и измены (дело Моргайте) была раскрыта.
В то время как армии стояли друг против друга, Бонниве предпринял последнюю попытку договориться о перемирии, но имперцы, чувствуя свою силу, отказались. Наконец, осознав бесперспективность осады и под давлением ропщущих швейцарцев, адмирал отдал приказ об отступлении. Когда французы начали отходить, имперские капитаны умоляли Просперо Колонну дать сигнал к атаке и окончательному разгрому врага. Но старый полководец, верный своему правилу "не искушать судьбу", отказался, заявив, что победа уже одержана без кровопролития, и нечего рисковать ради сомнительной славы. Французы беспрепятственно отошли за Тичино, сохранив армию, но потеряв возможность вернуть Ломбардию.
Эпилог
Кампания 1523 года завершилась без решительного результата. Французы не смогли взять Милан, но и имперцы не сумели их уничтожить. Однако политический расклад изменился не в пользу Франции: Венеция окончательно перешла в лагерь Карла V, а смерть Адриана VI открывала путь к папскому престолу для кардинала Медичи, убежденного сторонника империи. Война в Италии вступала в новую фазу, где главным полем битвы должны были стать не только крепости, но и залы конклавов.
